В НЕГЕ ЗВУКА ЛАДНОГО
В неге звука ладного
Берег моря хладного.
Здесь присядь на камушек,
Грешный человек.
Острова манящие,
Над волной парящие,
Как ладьи прадедушек,
Катятся от брег.
За ветрами ль севера,
От земли ли с клевером,
От прибрежных ламбушек,
Иль от шумных рек?
По морю глубокому,
Ко кресту ль высокому
На скалистом береге
В бухте Соловков?..
Слышь, запели звонницы...
Знать, в душе заронится
Нега звука дальнего
Из глуби веков.
Внемли звоны ладные,
Для души отрадные,
Что летят над морюшком
С брега Соловков.
НА СОЛОВКАХ
Радуга над морем,
Соловки в тиши,
Но убиты горем
Радости души.
Серебрит на храме
Солнце купола,
Соловецкий камень
Не неволит зла.
Русь моя – сиротка:
Скалы, острова,
Брошенная лодка,
Неба синева...
На горе Секирной –
Православный крест...
Милостью обильной
Льется благовест.
СОЛОВКИ
Живет века сей Божий монастырь,
Храним всегда под солнцем и снегами.
Зосимы, Германа, Савватия трудами
Преобразился острова пустырь.
Безверья не осилит нас недуг!
Зря лихо развернуло круговерть!
Скалу волна не сможет одолеть –
Всегда найдет предел на берегу.
Над морем Белым – непогоды стон,
Но не страшит паломников стихия.
Идут туда, где твердь твоя, Россия,
Где веры нашей Северный Афон!
НАД ПРОСТОРОМ МОРСКИМ ЗААЛЕЛИ
Над простором морским заалели
Соловецких крестов небеса,
И послышались звуки... Запели
В тишине старины голоса.
Разлагается царство ночное
От сияния рассветных лучей,
Вырывается слово святое
Из теснот соловецких камней.
Куполов деревянных овалы
Золотятся в прохладе утра.
И не спят вековечные скалы, –
Внемлют звуки любви и добра.
СОЛОВЕЦКИЕ ОСТРОВА
Соловки – как последний приют
Моей боли, надежды и доли.
Здесь ветра песнь-былину поют
О бескрайности веры и воли.
Стены крепости, храмы и ров,
Скалы древние, бухта морская –
Для души неприкаянной кров
От беды и разрухи без края.
Отчего мы порой не мудры?
Видно благость у Бога такая.
На вершине Секирной горы –
Крест багровый и церковь святая...
От подножья горы – старый скит –
Место первое иноков-старцев.
Гладь озер подвиг тихо хранит
Позабывших о славе скитальцев.
Зачерпну я ладонью воды,
Лик померкший от думы омою,
Гляну в небо – не видно беды!
Клин гусиный летит надо мною...
К оглавлению...
