ПЕРВЫЕ ШАГИ
Внук делал свои первые шаги,
Шатаясь, разбегаясь, веселясь,
Был шаг короче, чем размер строки,
Где Маша, мячик – все читалось всласть!
Как капитан по палубе, спешил,
Бежал вперёд к своей заветной кромке;
Несло корабль в сто малышовых сил
Под смех его отчаянный и звонкий.
А с радиолы лился голос тот,
Что с детства его мамы протянулся
Там был осел, и верный пёс, и кот,
И юноша...он внуком обернулся.
Я НЕ ПИШУ О ЛЮБВИ
Я не пишу
О белоголовом
Маленьком мальчике
С глазами, как карие вишни;
Я не пишу о нём,
Говорящем глазами,
Смеющимся всем
своим крепеньким телом,
О нём, захватившем
мою ретину и оба
моих полушария,
А главное – руки,
Ставшие вдруг
бесполезными,
Когда его нет
Со мной.
ВДАЛЕКЕ
В душе бессловесно, беззвучно,
Бесснежно – лишь ветер
Да эхо шагов всех моих постаревших друзей,
Тех, рано ушедших и тех, кто остался на свете,
Собравшихся вместе на полке, где склад и музей.
А мне постареть удаётся всё реже, всё дальше
От зеркала я, от их чутких и помнящих глаз,
Никто не поможет, руки не отдёрнет от фальши,
Мой маленький мир – он замкнулся на здесь и сейчас.
Удобная мантра – навеяна скукой и аппом,
Чтоб мне в тишине не оглохнуть и не одуреть,
Я воздух февральский сглотну обжигающим залпом,
И буду одна незаметно, но верно стареть.
YTTE – МОЕЙ ДОРОГОЙ СОСЕДКЕ
Называю её на ты,
Про себя на Вы,
Скорбны старческие черты
И наклон головы.
Ореол волос белоснежн,
Кисть руки тонка,
На вопросы юных невежд
Хмурится слегка.
Девяносто пять. Мужу – сто,
За спиною – век,
Осторожно подам пальто,
Свой замедлю бег.
Дом её просторен и чист,
Но так странно тих,
И висит календарный лист,
Как ненужный стих.
И глядит на нас со всех стен
Сотня ясных глаз,
Паутина памяти – плен
В одинокий час.
«Много помнить – к чему? Зачем?
Муж мой всё забыл...
Ни вопросов теперь, ни тем..
Нет на это сил.
Неизбывен памяти крест
Донесу одна,
Вот уж близится благовест,
Там навек – весна!»
К оглавлению...
