НЕБО НА ЛАДОНИ, ШАПКИ ГОР СЕДЫ…
Небо на ладони, шапки гор седы
Вьется змейкой речка, чище нет воды.
Девушка с кувшином, чёрные глаза
Гордые мужчины, янтарем лоза...
В яблонях долины, хоженой тропой
Кони с черной гривой, мчат на водопой.
Шелковые нивы, в росах поутру,
Здесь детей с рожденья учат лишь добру...
Вековые скалы памятью полны,
На стене кинжалы, с давней той войны.
Здесь народ адыгский издавна живёт,
За столом лишь старший голос подаёт…
В поднебесье кружит беркут, взгляд востёр,
Как молитвы песни, а в груди костер.
Танец – отраженье жизни, без прикрас
Честь и уваженье, так живет Кавказ...
Горы – исполины, как века седы,
А в Лабе хрустальной чище нет воды.
Девушка с кувшином, чёрные глаза,
В виноградных бусах алая лоза...
Прим. Лаба – горная река в Адыгее.
АДЫГЕЯ – КРАЙ РАЗДОЛЬНЫЙ…
Над Оштеном ветер вольный
Гонит облака.
Адыгея – край раздольный,
Славься на века!
Тут в долинах как невесты
Яблони цветут.
Здесь не говорят о чести,
Ею здесь живут...
Седовласые вершины
Мудрости оплот.
Если ты рождён мужчиной,
Не пятнай свой род.
Можно преклонить колено,
Только пред отцом.
Ввек не знали горцы плена,
Помни ты о том...
Зажигает душу песня,
И лезгинки круг.
Дом в ауле, строят вместе
Силой сотни рук…
Синева в озерах неба,
Манит взор закат.
Преломил краюху хлеба,
Каждый гость – как брат!
Стать литая и папаха
Образ твой, адыг.
Гордый взор не знает страха,
Если дух велик.
Над долиной вольный ветер,
В яблонях затих.
Адыгея, нет на свете,
Краше мест твоих!
Прим. Оштен – одна из самых высоких гор в Адыгее.
БАЛЛАДА О БУЛАТЕ
Ну что ты, Казбич, хмур мой друг,
И насторожен, каждый звук
Ты ловишь, словно часовой,
В молчании, с лица не свой?
Сегодня был нелёгкий день,
Поешь с дороги, мой кунак.
Упало солнце, за плетень,
Как сталью, налитый кулак,
Сжимая, тихо уорк сказал –
«В бою сегодня конь мой пал.
Был другом верным мне Булат,
С рожденья, много лет подряд...
Делили всё мы на двоих,
И в испытаниях любых,
Я был всегда уверен в нём.
Особым наделён чутьём,
Неприхотлив он был и смел,
И всадника делил удел.
Не раз, из сечи и огня,
Хрипя, он выносил меня.
Когда от ран был полужив,
В глазах желанье уловив,
Конь уносил меня туда,
Где с рёвом дыбилась Лаба.
Где слышен часто женский плач,
И грозен поседевший Тхач.
Мой кабардинец, мой Булат
Он знал, где умереть я рад...»
Поникла в сакле тишина,
И боль всю выдохнув сполна,
Продолжил – «Помню, как порой
Водил его на водопой
Тропою хоженой, в рассвет,
Когда росы рождённой след,
Еще не высох на траве,
И небо в ранней синеве
Ещё не налилось теплом
И таял в дымке отчий дом.
Всё это в памяти моей,
Застынет, до последних дней...»
И обессилено рука
Повисла плетью, глубока
Зияя рана, покраснел
Рукав черкески, взор бледнел.
Ни стона Казбич не издал,
Он боль свою внутри держал.
Ведь другом был ему Булат,
С рожденья, много лет подряд.
ВЕСНА В ОКНЕ, ВЕСНА В ДУШЕ…
Весна в окне, весна в душе,
И хмарь февральская забыта,
Все чаще дамы, в неглиже,
Приходят, за полночь, к пииту.
И вдохновенья множит пыл
Любовь разбуженного сердца,
Для тех, кого не позабыл,
В саду всегда открыта дверца...
А поутру, в своих стихах
Поэт опишет страсти буйство,
Как нимфы таяли в руках
Его, познав всю сладость чувства!
Опишет ярко, без имён,
В строке лирической он дока.
Дитя заблудшее порока
Талантом щедро наделён
Как благодарны же ему
Ночные гостьи! О, затменье!
Предвосхищая полутьму,
В груди рождалось вожделенье.
Весна в окне, весна в душе
Любовь на пике наивысшем.
И снова, дамы в неглиже,
А значит, утром будут вирши...
ЗВЁЗДЫ... НОЧЬ... И ТИШИНА…
Звёзды до утра в дозоре,
Ночь горит, и тишина.
Неулыбчива во взоре,
Стережёт покой луна...
А в окне ночник мигает,
Полуночный дом затих.
За столом поэт ваяет,
По крупицам, акростих...
Мыслей вольных колесница
Вмиг уносит, в небеса.
И скрывается в ресницах
Набежавшая слеза.
Лунный лик сегодня ярок
Лист исписан, чуду быть.
Будет, после мелких правок
Стих по комнате кружить...
Наполняя вдохновением,
Растворяясь в тишине.
И развеет все сомненья,
Не привиделось ли мне?
Мне соратница, до срока,
Тает за окном луна.
Множит озаренье строки
Звёзды... Ночь... И тишина...
ПАМЯТИ В.ВЫСОЦКОГО…
«Не гений ты, увы, не гений»
Сомнения множит молва.
Отрывками стихотворений,
Где рифмой не блещут слова...
И среди матёрых поэтов,
Из зала меня не видать.
В беседе с соседом, про это,
Решили мы беленькой взять...
Отвечу я критикам – врёте!
Коль глотки вы рвёте на раз,
Пишу я для тех, кто позвольте,
Моих не чурается фраз...
Приму я хулу, но без дрожи
Ведь душу сжигаю дотла
В надрыве, строкою итожа,
Любая шкала тут мала…
И песня рождается скоро
Щемящим напевом взыграв.
И не было с ней уговора,
Но знает гитара, кто прав...
Не гений? Нас время рассудит,
Но кажется мне, до хрена
Меня понимающих будет,
Хоть часто писал, я спьяна...
Коль капают слёзы на строки,
И кажется всем, что я свой.
Я враз забываю упрёки,
Что бродят вослед, за молвой.
Я сердцем пишу, не за почесть,
На звания мне наплевать.
Нескладно? Но это не новость,
Не любят? Не вам-то решать.
Пусть критики врежут – не гений
Тираж отправляя под нож.
Не вёрстанных стихотворений.
Но душу поэта не трожь...
К оглавлению...
